БАРЬЕРЫ И ПРЕПЯТСТВИЯ. АЛИНА ТАЛАЙ О БУДУЩЕМ И НАСТОЯЩЕМ
06 ИЮНЯ 2020
803

DSC_0707.JPG

Нынешний сезон для Алины Талай должен был стать возрождением. После Олимпиады в Рио-де-Жанейро, обернувшейся для спортсменки разочарованием, самая быстрая на сегодня белорусская барьеристка бежала, словно против ветра. Апофеозом стал финал чемпионата Европы в Берлине, где белоруска была вынуждена выступать с переломом стопы. И вот погода начала улучшаться, шторм стих, но в итоге вместо пьедестала чемпионата мира в помещении и Олимпиады в Токио спортсменка вновь оказалась не у дел: календарь в спорте сломан из-за эпидемии.

- Не скажу, что новости об отмене соревнований меня очень уж сильно шокировали, но это стало неприятным моментом. Я ведь готовилась к чемпионату мира в помещении и его отмена, конечно, потрясла меня. Оставался всего месяц, я была готова бороться за высокие места. Форма была отличной и, учитывая, что на топовом уроне я не выступала уже достаточно давно, очень хотелось реализоваться. Перенос Олимпиады воспринимался чуть проще: к этому все шло. Понятно, что решение откладывали до последней возможности, но было очевидно, что, скорее всего, Игры в этом году не состоятся. И, очевидно, что это плохо. Можно, конечно, говорить себе, что это – шанс подготовиться еще лучше. Но можно ведь в следующем году получить травму и вообще не выступить в Токио. Так что ощущения от всей этой ситуации двоякие, но, как говорится, что случилось – то случилось. А вот отмена чемпионата Европы стала большим расстройством. Он должен был состояться в конце августа, и я очень надеялась там выступить. Но в итоге Европейская ассоциация легкой атлетики приняла решение даже не перенести, а просто отменить этот турнир. При этом, посмотрите, сейчас соревнования постепенно возобновляются, границы открываются, в августе планируют возобновить и соревнования Бриллиантовой лиги. Зачем, спрашивается, было так поспешно отменять чемпионат Европы? Нам ведь каждые две недели давали надежду, каждый раз ее лишали, чемпионат Европы оставался последней и самой реальной возможностью выступить в нынешнем сезоне на топовом уровне…

- В Беларуси все продолжали тренировки, тогда как большая часть Европы и Россия находились в карантине. Это значит, что на этапах Бриллиантовой лиги осенью белорусы будут фаворитами?

- Сомневаюсь, что у нас будет такое уж серьезное преимущество. Карантин был, но у большинства он длился всего месяц. Для профессионального спорта, конечно, и это - большой срок, но я знаю, что все пытались находить какие-то возможности для тренировок. Я общаюсь со спортсменами из Финляндии, Австрии, других стран, и практически все они находили какие-то «лазейки». Как и я. Когда нас вернули в Беларусь со сбора в Португалии, две недели я не имела права приходить тренироваться в манеж. Но я ведь не сидела на диване. Тренировалась в лесу. Температура воздуха была в районе двух-трех градусов, но я шла и работала. И в Европе люди и на асфальте бегали, и в лесах… Думаю, с этой базы можно неплохо подготовиться к концу лета, и едва ли мировой и европейский рейтинги претерпят кардинальные изменения. Разве что стоит учитывать, что многие спортсмены уже решили целенаправленно готовиться к Олимпиаде в Токио, и не исключено, что в этом сезоне на пьедесталах могут появляться неожиданные лица. Но, опять-таки, это не будут совершенно новые спортсмены. Скорее, представители, условно, первой пятерки поменяются местами.

DSC_0332.JPG

- Если границы откроют, где будешь готовиться: Австрия, США, Турция?

- Легкоатлеты нередко уезжают на сборы за границу, но важно понимать, почему они это делают. Чаще всего все объясняется лишь тем, что в тех странах теплее. В Беларуси в апреле невозможно тренироваться на стадионе. Когда на улице пять градусов тепла, можно легко получить травму. Да и вообще это просто холодно и некомфортно. А сейчас на улице лето. Тепло и хорошо. В Беларуси есть все условия для тренировок, отличная база: я просто не вижу смысла куда-то уезжать.

- Пару лет назад ты решила уйти на самоподготовку, и нынешняя ситуация стала непростым вызовом для тебя не только, как для спортсменки, но и как для тренера. Как справляешься?

- Как тренеру, мне было очень сложно найти баланс между объемами, закладкой базы и интенсивностью. Информация обновлялась каждые две недели. Приходилось менять тренировочный план, придумывать для себя новую цель. Надеюсь, итоговый усредненный вариант тренировок все же сработает. Пока готовлюсь к чемпионату Беларуси - он должен стать для нас главным стартом лета. Для меня, кстати, этот турнир всегда был важным. За все годы на чемпионате страны я не выступала лишь однажды, и меня всегда впечатлял в этом плане чемпионат США. В Америке внутренний турнир имеет первостепенную важность. Даже самые топовые спортсмены готовятся сперва к местному отбору, а уж после – к международным стартам. Все очень серьезно: даже рекордсменка мира может не попасть на чемпионат мира, если не подтвердить уровень на чемпионате страны.

DSC_5430.JPG

- В Беларуси ждешь серьезную конкуренцию?

- В последнее время у нас появилось несколько сильных барьеристок. Думаю, даже за титул развернется нешуточная борьба. Заметно прибавили Руслана Рашкован и Светлана Парахонько. Эльвира Герман была и остается очень серьезной конкуренткой. Думаю, будет очень интересно.

- Кроме тебя, кто-то из топовых барьеристок обходится без тренера?

- Австралийка Салли Пирсон начала тренировать себя перед чемпионатом мира в Лондоне в 2017 году. Но ей помогал муж – планы они писали совместно. Она, кстати, в 2018 году предлагала мне приехать и тренироваться вместе, но у меня как раз случился тот злополучный перелом. Потом и Пирсон травмировалась: долго возвращала форму, в итоге «завязала». Но я бы не сказала, что ее решение уйти на самоподготовку стало для меня примером. Скорее это был немного безумный жест отчаяния.

- После Олимпиады в Рио ты уже обмолвилась о завершении карьеры. Что думаешь про Токио?

- Я тогда в большой степени говорила в шутку. Надеюсь, это так и воспринимали. Пока о финише не думаю, но, давайте рассуждать объективно: есть же возраст. Как ни крути, но профессиональный спорт достаточно молодой. Чем старше ты становишься, тем выше оказывается вероятность, что каждые крупные соревнования могут стать для тебя заключительным этапом. Пока у меня не было мыслей о том, что конкретно после Олимпиады в Токио я скажу: «Все!» Но такая вероятность, конечно, существует, и поэтому на многие вещи я теперь смотрю иначе. Гораздо серьезнее отношусь к каждому старту и поэтому особенно болезненно восприняла все эти отмены. Когда ты молод, соревнования пролетаешь на каком-то кураже. Не сложилось в этот раз – будет следующий. Все как в состоянии аффекта: куда-то едешь, другие страны, конкурентки, соревнования… Порой даже не успеваешь осознавать, что происходит вокруг. А чем старше становишься, тем отчетливее осознаешь, что каждый такой момент нужно ловить. Когда в следующий раз ты будешь выступать на 60-тысячном стадионе? А на Олимпиаде? Когда тебе будут аплодировать за то, что ты прибежала первой? Этого может не случиться вовсе. Ощущения стали гораздо острее. Каждый старт, каждое событие в своей жизни я стараюсь прочувствовать как можно ближе, насладиться им. В том числе и на чемпионате Беларуси: просто пробежать в такой компании и на таком уровне дорогого стоит. Я разговаривала об этом с теми, кто уже закончил карьеру, и они объясняли, что потом, в обычной жизни, этих ощущений не хватает. Можно, конечно, заняться экстремальными видами отдыха, постоянно себя испытывать, искать адреналин, то тех эмоций, которые можно испытать на дорожке топового турнира, это, увы, не заменит.

54207681_399415487514471_4920076915576337035_n.jpg

- Тебе повезло уйти на самоподготовку в прошлом году: в нынешнем такой дебют дался бы куда сложнее…

- Трудно сказать: планировать все самой и быть себе тренером всегда непросто. Постоянно возникают какие-то нюансы и моменты, которые влияют на твои планы и работу. Каждый день – это новый вызов, но я не разочаровалась в своем решении. Наверное, это прозвучит слишком нескромно, но на данный момент я просто не вижу тех людей, которые могли бы мне помочь стать лучше. Когда-то я начинала тренироваться у первого тренера в Орше, и он сделал меня сильнее и быстрее. Потом я перешла к Виктору Мясникову, и он также поднял меня на новый уровень. Позже мне вновь пришлось искать того, кто поможет сделать еще один шаг. При этом, когда ты выходишь на уровень результатов 12,40 – 12,50 секунды, в тренировках начинается слишком тонкий лед, пройти по которому может далеко не каждый специалист. У любого тренера, с которым ты начинаешь работать, есть свой взгляд на тренировки. При этом каждый специалист такого уровня – это очень сильная личность, и чтобы найти компромисс может потребоваться два-три года. А я бы не хотела сейчас терять два года и начинать работу с новым тренером. При этом я поддерживаю тесные контакты со всеми специалистами, с которыми работала прежде: и с Филиппом Унфридом, и с Лореном Сигрейвом. В любой момент могу позвонить, спросить совет, поделиться мнением.

- Не секрет, что между тренерами, особенно топовыми, нередко есть и конкуренция, и ревность. Как твои «бывшие» отнеслись к решению составить им конкуренцию?

rtx1q1zn.jpg

- Если кто-то и расстроился, то, скорее, не из-за того, что я ушла, а из-за того, что, расставшись, показала хороший результат. Но я не чувствую перемен в общении. С Лореном Сигрейвом даже стало интереснее. В свое время мы с ним много спорили насчет тренировок и методики подготовки. Его задевало. Сигрейв - специалист мирового масштаба, живая легенда, а здесь какая-то спортсменка из Беларуси начинает ему перечить. Дискуссии бывали очень жаркими, но в итоге он мне написал, что я – самая быстрая барьеристка, с которой он когда-либо работал. Для меня это просто невероятная похвала! Считай, благословил.

- Унфрид сейчас работает с лучшей белоруской спринтершей Кристиной Тимановской. Это хороший вариант для нее?

- Сложно сказать правильное ли это решение. Покажет только результат и время. Дело в том, что нередко то, что подходило одному спортсмену, может не подойти другому. Возьми любого элитного тренера в мировом масштабе: у каждого будет всего пара-тройка звездных воспитанников и целая плеяда середняков, у которых что-то не складывается. Легкая атлетика – индивидуальный вид, а у каждого человека – свои особенности психологии и физиологии. У кого-то стопа сильнее, а у кого-то это – слабое место. Кого-то давление тренера мотивирует, а кто-то закрывается в себе.

DSC_0755.JPG

- Ты в будущем видишь себя тренером?

- Не скажу, что это – моя мечта, но мне будет очень интересно этим заниматься. Едва ли с детьми, но на уровне от юниоров и выше – с удовольствием. Там уже более серьезные результаты и цели. Кстати, уже сейчас понемногу начинаю себя пробовать в этой роли. Есть спортсмены, которым я помогаю в тренировках. Не белорусские – из-за границы. Стараюсь зарекомендовать себя на международном уровне. Совмещать бывает непросто, но имя в этой сфере значит много. Да и мне приятно видеть результаты, наблюдать, как спортсмены добавляют.

- Это приятнее, чем тренироваться самой?

- Очень неоднозначный момент. Готовить других мне интересно. Со стороны проще судить и оценивать технику, а наблюдать за собой во время тренировок можно только на видео. Работая с другим человеком, ты лучше понимаешь всю биомеханику процесса. Но при этом бывает сложнее донести до него свои мысли. Когда тренируешься сама, все понятно на уровне ощущений. Понимаю, чего я хочу от себя добиться. А когда работаешь с кем-то важно найти подходящую аналогию. Есть люди, которым говоришь: «Представь, словно тебя кто-то толкает с спину». Не понимает. А скажешь: «Представь, что кто-то тянет» - и все получилось. Поиск таких образов, понятных аналогий для тренера очень важен и очень непрост.

c 31.07.2020 по 02.08.2020
КАЛЕНДАРЬ МЕРОПРИЯТИЙ
ИНФОРМАЦИОННЫЕ ПАРТНЕРЫ