МАКСИМ НЕДОСЕКОВ: "МЫ ПРЫГАЕМ НЕ С ПОМОЩЬЮ СИЛЫ, А ГОЛОВЫ"
07 ОКТЯБРЯ 2021
831


Предлагаем вашему вниманию интервью Издательского дома "Звязда" с Максимом Недосековым.

Каждые Олимпийские игры - это очередная страница спортивной истории, которую весь мир видит своими глазами. Именно этим они и привлекают миллионы людей. И поэтому интереснее становятся непосредственные их участники - спортсмены. В этом году все наблюдали, как в Токио создаётся история в прыжках в высоту. Впервые олимпийскими чемпионами стали сразу два спортсмена. Кроме того, чемпионский результат и результат третьего места оказались абсолютно одинаковы - 2 метра 37 сантиметров. И, что особенно важно, в центре этого - белорус Максим Недосеков, от олимпийского золота его отделили несколько неудачных попыток. Но сам спортсмен считает, что бронза - только начало его олимпийской истории. 

- Максим, соревнования в прыжках на Олимпийских играх в Токио были сенсанционны. У мужчин - два олимпийских чемпиона, у женщин - триумфальная победа Марии Ласицкене. Что ты думаешь на этот счет?

- Это же хорошо, что так много интересных событий и внимания! У нас была настоящая сенсация - впервые в истории прыжков в высоту два победителя. Никогда не было и такого, что у первого и третьего места результат 2м 37см. И у четвертого и пятого мест одинаковый результат - 2.35. Конкретно на Олимпийских играх такого никогда не было, на чемпионатах мира случалось. Но это Олимпиада, не просто так рекорд Игр - 2.39. Спортсмены могут прыгать и выше, но на Олимпиаде на атлетов всегда огромное давление, что сказывается и на результатах.

- Ты говоришь, что в 23 года становиться чемпионом рано. Джанмарко Тамбери - 29 лет, Мутазу Баршиму - 30 лет. Получается, что пик формы в прыжках в высоту приходится где-то на 30 лет?

- Да, идеальный возраст начинается от 26 лет, когда организм уже полностью сформирован. В принципе в 23 он тоже в хорошей форме. Но ближе к 25 годам уже можно выполнять большие объемы, нагрузки, в этом возрасте кости, мышцы, суставы только укрепляются. И, что важно, мы же прыгаем с помощью не силы, а головы. У каждого человека есть свой внутренний резерв. Когда он включается, человеку ничего не страшно, он все может, как при всплеске адреналина. И мы учимся такое состояние включать на соревнованиях. И понятно, что с возрастом, с опытом это получается лучше. На Олимпийских играх все были хорошо готовы, но побеждали те, кто лучше включил в себе этот внутренний резерв. Я достал из себя максимум и считаю, что 2.37 - хороший результат на Олимпийских играх для моего возраста.

- В таком случае в каком возрасте в прыжках в высоту наступает спад формы?

- Дональду Томасу - 37 лет и он берет 2.30 на соревнованиях. Все зависит от подготовки спортсмена. Если он готовится планомерно, не форсирует события, то доживет и до "спорта после 30". А если неразумно подходить к тренировкам, форсировать, то все может закончиться травмой и в 25. Со временем, когда мышцы, суставы укрепляются, получить травму не так и просто. Я на тренировках могу не так поставить ногу, она немного подвернется, но без серьезных последствий, ведь хорошо подготовлены мышцы.

6302cfd13d2051a892401ffea2c7c8ef.jpg

- Многих интересует вопрос: поскольку два "золотых" чемпиона, почему у тебя бронзовая медаль, а не серебряная?

- Все просто: серебро «перешло в золото, а бронза осталась на своей позиции. Если бы я перешел на второе место, четвертое место должно было бы перейти на третье. А так быть не может.

- Честно говоря, если бы ты оказался в такой ситуации, ты бы перепрыгнул решающую попытку, чтобы разделить золото и серебро?

- Это зависит от того, с кем бы я оказался в такой ситуации. Если бы это были Тамбери или Баршим, я бы выполнил еще одну попытку. Неважно, проиграл бы или нет. Я в себе уверен, и я бы прыгнул еще раз. А если бы там был мой друг Илья Иванюк, я бы задумался, стоит ли это делать. Тамбери и Баршим - хорошие друзья, и они сделали историю. И это действительно красиво - два друга вместе становятся олимпийскими чемпионами. Я бы со своим другом поступил таким же образом.

- В прыжках в высоту у тебя много друзей?

- Достаточно. У меня хорошие отношения с Андреем Чурило. После Олимпиады подружились с Джанмарко Тамбери. Все знают, что мои друзья - россияне Илья Иванюк и Миша Акименко. Мои хорошие товарищи - Богдан Бондаренко и Андрей Проценко из Украины. В общем, в нашем секторе у всех хорошие отношения. К каждому спортсмену можно подойти, что-то спросить, о чем-то попросить, посоветоваться, и никто не откажет. У нас нет такого, чтобы мы желали неудачи или провала друг другу. В прыжках в высоту всегда так. Это еще спортсмены старшего поколения завели, а мы продолжаем. Вместе соревнуемся - вместе и отдыхаем. И во время соревнований легче, если между попытками можешь пошутить, поговорить на другие темы. Это помогает не нервничать и не волноваться.

- Максим, исходя из всех эпидемиологических мер, было мало времени, чтобы акклиматизироваться в Токио. Тебе хватило времени?

- Я прилетел в Японию за два дня до начала соревнований. Какая может быть акклиматизация у молодых спортсменов? Молодой организм на изменение климата не реагирует, он быстро адаптируется к различным условиям. С возрастом организму становится тяжелее, и тут уже может понадобиться время на акклиматизацию. А когда мне говорят об акклиматизации молодые спортсмены, я улыбаюсь. Возможно, потому что сам на себе такого не испытывал. И вообще, погода никак не влияет на форму и выступление. Только если сам себя настроишь, что раз идет дождь, значит, хорошо выступить не получится. В секторе все находятся в одинаковых условиях, и каждый выходит туда соревноваться.

- В прыжках в высоту есть максимальный предел?

- Скорее нет, чем да. Сейчас мировой рекорд - 2.45 метра, но его побьют. Это абсолютно реально. Просто для этого нужно правильно подготовиться. Два года посвятить исключительно тренировкам и думать только о них.

- У тебя здорово получилось прыгнуть 2.37, но 2.39 пока не поддались. Неужели два сантиметра играют такую важную роль?

- Не в сантиметрах дело, два сантиметра - это не много. Но даже в лишний раз взять 2.37 сложно. Все зависит от того внутреннего резерва, о котором я говорил ранее. С каждой попыткой включать его все сложнее. Как было на Олимпиаде? Когда стало понятно, что на 2.33 медали разыгрываться не будут, пришлось брать 2.35, я ее не взял. И понял, что максимум придется указывать на 2.37 или 2.39, а внутренний резерв, адреналин с каждой попыткой тратился. И мне его хватило на 2.37. Я пытался прыгнуть 2.39, но нас задержали из-за бегунов. Такое часто случается, когда ты настраиваешься, уже готов бежать, а тебе не дают. И весь запал потухает. Эти два сантиметра - более психологический, чем технический момент. Мой организм готов уже и 2.40 прыгнуть - все зависит от психологии.

f7ccc496a65e0ec3e3fd9a456ea9200b.jpg

- Объясни, пожалуйста, как прыгающий 2.37 человек не берет высоту 2.19?

- Я просто не умею прыгать высоты от 2.20 до 2.30. Я их не понимаю. С одной стороны, и не надо очень стараться, а с другой — надо. Я люблю прыгать, когда планка высоко и нужно тянуться к ней, нужно держать этот прыжок до последнего. А на этих высотах планка низко, и прыжок сразу обрывается. Для меня это проблема. Если у меня не получается даже 2.28, сразу переношу попытки на 2.30. На этой высоте я чувствую себя уверенно.

- В этом причина твоей тактики - переносить попытки на большие высоты?

- Именно так. На последнем старте я разговаривал с отцом Джанмарко Тамбери. И он рассказал, что, когда я переношу попытки, Джанмарко меня ненавидит. Потому что, если я переношу, я их всегда беру. Меня за это не очень любят, а мне нравится такая тактика. Переносить высоту тяжело. Нужно быть психологически подготовленным, чтобы взять планку выше той, что не получилось. Поэтому мало кто так делает. Но я в этом плане психологически устойчив. Ну и не стоит забывать про внутренний резерв.

- Были ли случаи, когда тебя эта тактика подводила?

- Случались моменты, когда я просто был не подготовлен к определенной высоте. И в таких случаях я играю своей тактикой. Понимаю, что не получится, но всякое может быть. Иду ва-банк.

- Ты известен как любимец публики на трибунах. Но в Токио зрителей на трибунах не было...

- С полным стадионом легко выступать, я не затрачиваю столько сил, как кажется. Зрители отдают свою энергию, я - свою, и получается такой круговорот энергии на стадионе. А на пустом стадионе прыгаешь сам с собой. Но в Токио мне было неважно: будут люди на трибунах или нет. Я старался, чтобы меня ничего не отвлекало. Олимпиада - самый ответственный старт, и нужно быть полностью сосредоточенным на самом себе.

- В 2018 году на чемпионате Европы ты завоевал серебро, выступая с язвой. На чемпионате мира накануне твоего выступления в гостинице был потоп. Какая-то странная закономерность?

- Как показывает практика, если что-то случается, значит, будут хорошие соревнования. А если все будет гладко - выступлю плохо. На Олимпиаде на меня постоянно капала вода из кондиционера. Из каждой ситуации можно найти выход. И на ответственных стартах не стоит обращать внимание на какие-то мелочи. Я однажды выступал со сломанным пальцем на ноге. Причем сломал его очень нелепо, сам был виноват. А выступать надо, хоть и больно. Ну а раз сам виноват - мне и страдать.

- Максим, в сентябре в финале Бриллиантовой лиги ты расположился на четвертой позиции. Сказалась усталость после Олимпийских игр?

- Бриллиантовая лига не самый важный старт. Он не дает никаких привилегий. Важно хорошо выступать на чемпионатах Европы, мира, на Олимпийских играх. Это хороший коммерческий, но не самый важный старт. Поэтому после Олимпийских игр все выступали в свое удовольствие. Полностью выложились в Токио. Почти никто за результатом не гнался. Ну, разве что те, кто на Олимпиаде себя не проявил. Я своим результатом доволен. Я сделал все, что было в моих силах, на Олимпийских играх. Полностью отдал энергию и моральное состояние туда. И вернуть такое эмоциональное состояние еще на три старта после Олимпиады было невозможно. И уже не нужно. Я просто хорошо провел время на этих турнирах.

44b63776b8f2dace80e52060a7ab6ab9.jpg

- Если Олимпиада уже прошла, и для тебя - очень успешно, можешь оценить, полезным ли был дополнительный год?

- Трудно сказать. И я в прошлом году был готов на такой результат. Просто за этот год выпало немного стартов и не было смысла результат показывать. В общем, из моих коллег в форме никто не потерял, все были хорошо готовы. Правда, на Олимпиаде мы впервые увидели корейца. До сих пор ни на каких турнирах его не видели, а на Олимпиаде он сразу занял четвертое место. Это очень загадочно. И, возможно, для таких спортсменов дополнительный год пошел на пользу.

- Максим, дай оценку всему летнему сезону?

- Я могу оценить весь этот год. Три прыжка по 2.37 говорят о многом. Я никогда не думал, что возьму такую высоту. Думал, буду прыгать 2.30 и это будет мой максимум. Затем взял 2.25 и тогда понял, что могу еще выше, это реально. Следующая высота - 2.39-2.40. Я к этому готов, просто нужно подойти к таким высотам.

- Мотивация после олимпийской медали изменилась?

- Нет, абсолютно. Я даже не могу сказать, что в моей жизни что-то кардинально изменилось. Я забрал свое, то, на что рассчитывал. Но моя главная цель - олимпийское золото - еще не достигнута. Осталось три года, и нужно готовиться и тренироваться. Все как обычно.

Источник: zviazda.by

Фото: noc.by

КАЛЕНДАРЬ МЕРОПРИЯТИЙ
ИНФОРМАЦИОННЫЕ ПАРТНЕРЫ